Прокурор от президента. Как устроен Офис Ирины Венедиктовой

18 февраля, 2021 0 Автор admin

Фото: depositphotos.com

Откровенный разговор с действующим сотрудником Офиса генпрокурора, который более 20 лет работает в центральном аппарате Генеральной прокуратуры. На условиях анонимности полковник, старший советник юстиции согласился рассказать LIGA.net, как на самом деле устроена прокуратура и что происходит за кулисами Офиса генпрокурора.

Началось все с Виктора Пшонки…

Ранее был какой-то паритет. У нас в отделе была (представлена) вся Украина: прокуроры из Николаева, Херсона, Харькова, Запорожья. А сейчас, например, доминируют харьковские и «западенцы». Каждый генпрокурор стал подтягивать своих. Началось это с (Виктора) Пшонки. Хотя он не ломал аппарат сильно, а на области назначал молодых ребят. С тех пор и началось: приходит президент и своих начинает тянуть. Ставят своих, чтобы были послушными. Прокурор стал марионеткой. Он майором должен быть, но за полгода становится полковником, еще через полтора года – генерал-лейтенантом. Потому что он – человек президента.

(Юрий) Луценко завел своих милиционеров (в штат Генпрокуратуры), с которыми ранее работал в МВД. Например, Владимир Бедрикивский работал заместителем министра и начальником УБОПа. А вот действующих на тот момент прокуроров ГПУ перевели на уровень ниже – заместителями, первыми заместителями. Хотя за борт не выкинули, костяк прокуратуры (Юрий Луценко) не трогал. Менял тех, кого приказывал поставить Порошенко. Винницкие пришли к власти – их поставили в области и в Генпрокуратуру. Потом – также и выбросили.

Закрытие дел

Во времена Юрия Луценко первым замгенпрокурора работал Дмитрий Сторожук, который активно закрывал дела. Когда Юрию Луценко жаловались на Сторожука, то он отвечал: «Вы хотите меня поссорить со «Свободой»?!» Закрывали все внутренние расследования по нему.

Для «решения вопросов», например закрытия производств, на них писали: «ничего сложного нет» и отправляли в область (областную прокуратуру. — Ред.). Там это дело и умирало из-за отсутствия доказательств. Если бы иметь статистику по количеству производств, которые ушли из ГПУ в регионы, и знать, что с ними случилось потом, было бы очень показательно. Это – поле для расследования.

Когда руководили профессиональные генпрокуроры, тайком отправить дело в область было невозможно. А сейчас заместитель генпрокурора может договориться с руководителем департамента и так сделать. А ты попробуй Пшонку обмануть… Сразу помощники проверяли, докладные писали. И он мог спросить: «А почему это дело в область пошло?!».

Если (Ирина) Венедиктова никогда в руках не держала уголовного производства, не ходила на обыски, не выступала в суде, как она может давать оценку жалобе на работу какого-то прокурора? Как ты можешь какие-то приказы подписывать и кого-то, скажем, наказать, если ты в совершенстве не знаешь процедуры?! Это проблема нашей власти: назначают генпрокурорами людей, которые не имеют никакого отношения к надзору за следствием. Генпрокурор должен разбираться в уголовном праве. Должен быть выше на голову своих заместителей.

«Постановление об отмене постановления об отмене постановления об отмене постановления о прекращении уголовного производства» – это был целый мем в юридических кругах, именно такой формулировкой Венидиктова своим постановлением отменила постановление Касько (Виталий Каско, бывший заместитель генпрокурора Руслана Рябошапки. – Ред.). Это ярко иллюстрирует непонимание уголовного процесса. Так никогда не пишут. Пишут «Постановление о закрытии уголовного производства».

О статистике
Прокуроры жалуются: «У меня 300 производств…». Сколько?! Если разобраться, половину из них в течение десяти дней можно закрыть из-за отсутствия состава преступления. Из всего массива уголовных производств – лишь процентов тридцать могут дойти до суда. Остальные – макулатура.

В то же время, дело еще до суда не дошло, а уже собирают пресс-конференцию, приглашают президента, всем раскрывают тайну следствия… А потом это дело трещит по швам. Профессиональный прокурор не допустил бы раскрытия тайны следствия.

«Иногда, чтобы дело умерло, не надо ничего делать«

Процедура подписания документов в генпрокуратуре достаточно сложная – нужно поставить подписи у начальника отдела, начальника управления, замначальника департамента, начальника департамента, а тот несет генпрокурору. Но генпрокурору несут через советника генпрокурора или помощника – прокурора отдела обеспечения деятельности генпрокурора. Ключ от Единого реестра досудебных расследований (электронная база для сбора, хранения, учета данных об уголовных правонарушениях и ходе досудебного расследования. – Ред.) находится на флешке. Есть помощник, который зайдет в ЕРДР и назначит прокуроров в уголовном производстве, Венедиктова это своими руками не делает.

Вся жизнь прокуратуры – это ЕРДР. Чтобы зайти в реестр, надо воспользоваться ключом, флешка выдается каждому прокурору. У генпрокурора есть флешка, которая открывает доступ к любому делу. Обычный процессуальный руководитель видит только свои производства. Начальник отдела видит все дела отдела, начальник департамента – дела департамента.

В инструкции написано, что флешку нужно хранить в сейфе, но ее носят с собой и даже берут в командировку. Потерял флешку – получишь выговор, останешься без премии. На ней нельзя ничего хранить, но и это правило часто нарушают: процессуальный руководитель использует ее для хранения рабочих документов.

Генпрокурор – самый влиятельный человек в уголовном процессе. Он может передать производство из одного органа в другой; заменить прокуроров, которые будут влиять на расследование; может менять подследственность. Вправе закрывать производство. Здесь есть возможности для злоупотреблений. Если отправить мощное экономическое дело в какой-то отдаленный район Ивано-Франковской области, то его там не потянут ни следователи, ни процессуальные руководители. Иногда, чтобы дело умерло, не надо ничего делать. Также можно объединить его с многоэпизодным делом. И этот эпизод потеряется среди тысячи других эпизодов.

Легко играть в свою игру за спиной генерального прокурора?

За спиной генерального прокурора, у которого нет опыта работы в прокуратуре, нетрудно. Например, расследуется дело об искусственном банкротстве банка, из которого массово выводили средства. Сотрудники банка договариваются со следователем полиции. Ясно, что без руководства Офиса генпрокурора такое дело не закроешь. Как это решить? Найти правильные аргументы. Все материалы, которые идут к генпрокурору, перед этим вычитываются помощниками. Они пишут справку для генерального прокурора о производстве и о том, что сделали или чего не сделали следователи. Полнота и объективность справки зависит от этих помощников…

Чтобы увидеть, что дело продали, надо просто посмотреть на динамику его расследования. Вносятся данные в ЕРДР, проводятся массовые следственные действия, обыски, задержания, аресты… А потом полгода не происходит ни одного следственного действия. Если динамика упала, значит, что-то произошло.